О чем важно знать при строительстве дома по индивидуальному проекту?. Часть 4

Кроме того, поскольку отечественная терминология до конца понятна только сочинителям строительных норм и правил, договор – единственный документ, способный четко обозначить, что заказчик получает на выходе. Простые смертные часто думают, что «настоящий» проект от эскизного отличается присутствием рабочей документации и чертежей. Это не совсем так: проект подразумевает детальную проработку будущего дома, в том числе – всех элементов, а также отдельно стоящих строений, таких, как гараж, беседка и даже забор.

На практике в него действительно включают рабочую документацию и сметы, но архитектурная составляющая тоже дополняется и расширяется. Разумеется, если в договоре упомянуто, к примеру, патио, то и бюджет составляется с учетом этого сооружения, а вознаграждение архитектора автоматически увеличится.

Но архитекторы сражаются за полноту проекта вовсе не из корыстных соображений: они не хотят, чтобы выстраданный объект был испорчен неквалифицированной «доделкой». Если средства позволяют, надо идти творцам навстречу. В противном случае можно отказаться или договориться, что «мелочевка» будет спроектирована позже и оформлена в виде отдельного соглашения.

За пределами нашей родины после получения комплекта проектных документов заказчик пожимает архитектору руку и передает бумаги строителям. В области индивидуального жилищного строительства авторский надзор сведен к минимуму: во-первых, в проекте перечислены не материалы «вообще», а их совершенно определенные марки или характеристики. Шаг влево – шаг вправо считается изменением проекта, которое нужно документировать и визировать у проектировщика.

Не сделаешь – пеняй на себя: ответственность с него снимается и перекладывается на хрупкие плечи будущего домовладельца. А во-вторых, консультационные услуги заранее включены в основной договор, прописаны отдельной строкой и оплачены.

И, разумеется, строительством роскошных вилл руководят управляющие компании. Не то у нас. Наши хорошие строители умеют работать только с определенными материалами, а плохие – не умеют ни с какими.

При этом даже солидные фирмы нанимают субподрядчиков, которые не всегда блещут квалификацией. Самостоятельно контролировать всю эту «пирамиду» при отсутствии профессиональной эрудиции чрезвычайно сложно. Поэтому даже тщательно сделанный и детализированный проект нуждается в надзоре со стороны архитектора и конструктора.

Им, как правило, платят за выезд на площадку (в столицах – не менее 1500 руб, в провинции – в 2 раза меньше), заранее примерно оговаривая число «командировок». Или договариваются о помесячном гонораре, который в Москве и Питере усредненно сводится к 30 000 рублей, а в остальной России поскромнее. Парадокс заключается в том, что заговаривают на эту тему архитекторы, хотя главное заинтересованное лицо здесь как раз таки заказчик.

Другое дело, что он нередко узнает о необходимости авторского надзора в последний момент: даже если формальный договор был, соответствующая строка там, как повелось, отсутствовала. В общем, заказчик – это не звание, а, скорее, должность, а индивидуальный проект – товар, над которым среднему россиянину приходится трудиться совместно с архитектором. Возможно, этот факт не вызывает у нас особого энтузиазма, но деваться некуда: в конце концов, на врачей и адвокатов мы безропотно тратим не только деньги, но и время.

Комментарии закрыты